РАССЧИТАТЬ ПРОЕКТ

20.04.2011

К вопросу об экологизации современного знания

Хряпченкова О.С. К вопросу об экологизации современного знания // Материалы I международной научно-практической конференции «Современная наука: теория и практика». Том второй (часть 1). - Общественные науки, г. Ставрополь: СевКазГТУ, 2010. – С. 239-242.

О проблемах экологии, экологического сознания и воспитания, экологии науки сегодня говорят очень много, причем данные вопросы интересуют специалистов из самых разных областей: инженеров, биологов, журналистов, филологов, философов. На наш взгляд, это объясняется двумя основными причинами: глобализационными процессами, ведущими к интеграции научного знания в целом, и спецификой экологической тематики. Если с первым все более или менее понятно, то второе требует более детального рассмотрения. Экология, как известно, изучает взаимоотношения организмов друг с другом и со средой их обитания [7], а такое определение дает возможность применения экологического подхода в рамках весьма широкого спектра исследований. Практически все отрасли науки так или иначе касаются проблем связи, системности, структуры, рассматривая свои объекты не по отдельности, а в совокупности, с точки зрения их отношений, их взаимовлияния и противоречия.

Знание сегодня синергийно, то есть, представляя собой живую, сложную, самоорганизующуюся систему, способно к согласованному взаимодействию в рамках себя самого [5]. Отдельные элементы знания в процессе достижения общей цели обуславливают друг друга, влияют друг на друга, обмениваются энергией друг с другом и со средой. Знание нелинейно, объемно, поэтому здесь не действует принцип суперпозиции: энергии элементов складываются и в сумме дают гораздо больший результат, нежели сумма энергий элементов.

В 21-м веке синергийность стала своего рода модным брендом, без которого не обходится большинство научных исследований: у нас принято рассматривать все с позиции интеграции и глобализации, что зачастую негативно сказывается на качестве работы. И именно в этом контексте экология приобретает особое значение как ядро истинной научно-исследовательской синергийности, как центр системы, как главный элемент, функционирующей в общей, глобальной системе. Любая исследовательская проблематика в настоящее время должна насаживаться на стержень экологии, чтобы соответствовать тем строгим требованиям, какие предъявляются к современному знанию. Экология в узком смысле (наука о взаимодействии организмов с окружающей средой), как и любая другая наука, синергийна; одновременно с этим она является элементом общего знания, привнося в него свою толику энергии; и, самое важное, экология в широком смысле, как наука о всеобщих связях, красной нитью пронизывает всю структуру науки, всю ее историю, сущность, проблематику. Все в нашем мире относительно и зачастую имеет ценность лишь в общем контексте.

Таким образом, экология больше не воспринимается с позиции «наука о природе как о чем-то внешнем, наука не о нас». Отношения человека и среды его обитания так глубоки, что первое и второе неотделимы, первое – часть второго, а второе – часть первого. Именно поэтому следует отказаться от позиций крайнего антропоцентризма, в том числе, например, и в языке, который в абсолютном смысле всегда антропоцентричен. Особенно заметен антропоцентризм экологически мотивированных наименований в неологизмах (нем. «Waldmord» - буквально «убийство леса», вместо «Fällen von Bäumen» - «вырубка деревьев»), потому что имплицитно выраженная моральная оценка не может базироваться на мировоззрении деревьев, а является антропологической категорией. В данном случае имеет место изменение смысла вследствие реализации приемов образности языка. Если отказаться от абсолютного подхода, то антропоцентрические наименования – это те, которые ссылаются на природную среду, рассматривая при этом человека как единственную исходную точку. М. Юнг различает здесь два варианта: первичную антропоцентрику как следствие биологически-чувственной составляющей человека (на основе нее, например, природа вокруг нас обозначается немцами как «Um-welt» - «мир вокруг») и утилитаристскую антропоцентрику, откровенное мышление потребителей (которое, например, определяет некоторые виды растений как «Un-kraut» - «не-трава» (рус. «сорняк») [9]. В рамках экологического дискурса эти факты справедливо подвергаются серьезной социально-гуманитарной и философской критике. Более правильным является, на наш взгляд, теория коэволюционного развития знания вместе с природой и человеком, вместе с миром, в котором это знание функционирует, подразумевающая равноправное сотрудничество. Кроме того, коэволюционность характерна и для отдельных элементов знания. Нужно отметить, что в излишнем антропоцентризме, утрировании роли человека в формировании естественных процессов, часто обвиняются представители энвайронментализма, которые, с другой стороны, являются ярыми сторонниками экологизации современного мира во всех смыслах.

Экологизированное знание ноосферно, так как существует на стыке социального и природного и возможно только в контексте их симбиоза. Знание невозможно без антропологического фактора, равно как и невозможно без исследования биосферы. Лишь сегодняшнее знание может претендовать на осмысление с двух таких разных сторон, потому что процессы интеграции достигли вселенского масштаба, захватив всю мировую информацию в одну глобальную самоорганизующуюся систему, а антропогенное воздействие на планету невозможно повернуть вспять. Знание нашего времени принадлежит не отдельным группам, а существует как продукт планетарного, коллективного разума [4].

Экологизированное мышление привносит в науку еще один важный аспект – толерантность. Знание 21-го века всенародно, всемирно, от всех и для всех; система познания уже с конца 20-го века является подлинно интернациональной: западная наука приняла многое из восточной, хотя, несомненно, предпочитает основываться на своей собственной базе [8]. Кроме того, знание демократично, оно перестало быть элитарным, оно теперь доступно практически всем, и это тоже связано с его экологизацией.

Важной характеристикой всего современного знания должна (в идеале) являться его чистота, экологичность, то есть отсутствие побочных негативных проявлений, отсутствие вреда для различных сфер природы, общества, науки. Здесь имеется в виду и соответствие экологическим требованиям в прямом смысле (например, для инженерных разработок или экономических проектов), и абсолютная полезность, этичность, сведению к минимуму тех элементов, которым данное исследование может принести вред (например, снижение вреда для подопытных животных в биологических опытах и т.д.). Экологично всякое идеальное знание, экологична вся наука в целом.

Продолжая разговор об экологических свойствах знания, хочется также отметить его ориентированность на приращение природных ресурсов, на обогащение среды, на улучшение биологических и социальных условий жизни. Экологичное знание нацелено на всеобщее благо, рассматривая человечество вместе со средой его существования как единый организм с общими, универсальными законами, как некое всеединство бытия, пользуясь понятием В.С. Соловьева [6]. Вообще, концепция единства пронизывает всю суть экологичности знания. Мы должны отвергнуть дуалистическое восприятие мира, деление действительности на «мы – не мы». Мы находимся внутри мира, субъект живет в среде, а среда – в нем. Окружающий мир, по сути своей, не объект исследований, а их со-субъект, вместе с человеком познающим. Отсутствие полной зависимости от субъекта также способствует тому, что знание нового типа становится самостоятельным, самотворящим.

Экологизированное знание необходимо человеку еще и потому, что оно характеризуется компенсаторностью: оно всеобъемлюще и многопланово, поэтому оно помогает само себе, уравнивает само себя, усиливая слабые элементы за счет извлечения информации из сильных. Эта характеристика логично вытекает из (выделяемой немногими) компенсаторной функции экологии, которая, например, была доминантной в немецкой лирике второй половины 20-го века, применительно к последствиям национал-социалистической диктатуры, Второй мировой войны, господствующим общественным и политическим отношениям того времени [10].

Новое знание должно уйти от линейности неприродного, вернуться к истокам, к цикличной модели организации науки. Едва ли у нас получится вернуться к исходной точке, ведь, как говорил Гераклит «все течет, все меняется», но, достигая нового, мы вполне можем стремиться ко вбиранию позитивного опыта прошлого. Тотальная технологизация разомкнула многие выработанные за миллионы лет природные циклы, нарушив тем самым биологический баланс нашей планеты. Чтобы избежать экологической катастрофы, обществу нужно немедленно озаботиться проблемой замыкания этих циклов, созданием циркулярной модели социально-природной деятельности. Не зря во всем мире такую популярность приобрело английское слово recycling, которое можно перевести на русский язык как „рециклинг / рисайклинг; рециклирование (замкнутый цикл с повторным использованием отходов; возврат в производственный цикл [в оборот])“. Хочется отметить, что мы имеем в виду не только буквальный, экологический подход к цикличности, но и циркулярность знания в целом, возможность переходов из одной области в другую, наличие связей, «взаимную поддержку» различных элементов знания. Сегодня, в век техники, знание как никогда должно жить полной жизнью, а не просто существовать как мертвая тень в живой оболочке, должно развиваться, должно быть конкретным, а не формальным, должно переводить компьютерно-информационную, технически ориентированную картину мира в земную, адекватную целостному человеку, в первую очередь в вопросах его практического применения [2].

Необходимо отметить, что само общество далеко не всегда поддерживает экологическую составляющую. Напротив, во многих культурах, в том числе и в русской, понятие экологии часто оценивается отрицательно, подсознательно ассоциируясь с аудиторской работой властей, а главное - с противодействием экономике и технологиям. Такое мышление постепенно вытесняется новым, экологизированным, которое осознает неразделимость судьбы экономики и экологии [1]. Истинное современное знание во всех сферах своего существования внедряет в общество нужные, правильные, социально-полезные установки, которые бы уравновешивали социальную и экономическую пользу с экологической необходимостью, чтобы развитие общества ни в коем случае ни шло в противовес природе.

В экологизированном мышлении неизбежно меняется уровневая структура человеческих потребностей [3], уделяя должное внимание экологической составляющей. Трудно сказать, куда именно ее следует отнести: она связана с потребностью в безопасности, с познавательными и эстетическими потребностями, с самоактуализацией человека. Однако несомненным является тот факт, что экологическими проблемами (во всех смыслах этого слова) следует заниматься не тогда, когда все остальные решены, а с самого начала, вместе с развитием экономики, благо наше общество, к счастью, может себе это позволить.

В нашем сегодняшнем мире, мире технологизации и постмодерна, вопросы экологии вышли за рамки первоначальной трактовки и стали неотъемлемой характеристикой всего современного знания. Знание сегодня стремится к экологизации как единственному пути выживания и развития. Основными чертами такого нового знания становятся синергийность, толерантность, демократичность, чистота (экологичность в целом), компенсаторность, отказ от антропоцентризма, коэволюционность, ноосферность, цикличность. Нам представляется, что только такая наука способна к перерождению, саморазвитию и плодотворному функционированию в социальной реальности.


Список литературы

  1. Коханова Л.А. Экологическая журналистика, PR и реклама: учеб. пособие для студентов вузов, обучающихся по специальности 030601 «Журналистика»; под ред. Я.Н. Засурского. – М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2007. – 383 с.
  2. Кутырев В.А. Оправдание бытия (явление нигитологии и его критика) // Вопросы философии, 2000, №5.
  3. Маслоу А. Мотивация и личность. Пер. с англ. - СПб.: Евразия, 1999. - 478 с.
  4. Моисеев Н. Н. Человек и ноосфера. — М.: Молодая гвардия, 1990. — 352 с.
  5. Сафаров И. Ш. Философско-эстетические аспекты творчества: Автореф. дис. ... канд. филос. наук. - Петрозаводск, 2001.
  6. Соловьев В. С. Критика отвлеченных начал. - М.: Директ-Медиа, 2008. - 384 c.
  7. Философский энциклопедический словарь. Ред.-сост. – Е.Ф. Губской и др. – М.: ИНФРА-М, 2001. – 576 с.
  8. Юревич А. В.. Наука и паранаука: столкновение на «территории» психологии // Психологический журнал, №1, 2005.
  9. Jung M. Ökologische Sprachkritik // Sprachökologie und Ökolinguistik: Referate des Symposions Sprachökologie und Ökolinguistik an der Universität Klagenfurt, 27—28. Oktober 1995 / Alwin Fill (Hrsg.). – Tübingen: Stauffenburg-Verl., 1996. – S. 149 – 173.
  10. Wiesmüller W. Der poetologische Diskurs über Naturlyrik von 1945 bis zur Wende und seine ideologischen und ökologischen Implikationen // Natur – Kultur – Text / Catrin Gersdorf, Sylvia Mayer (Hg.). – Heidelberg: Universitätsverlag Winter, 2005. – S. 297 – 323.


Автор:  Хряпченкова О.С.